Регионы
НовостиМненияАналитикаСервисыОбучениеО движенииСтать наблюдателемПоддержатьEn
Анастасия Кашкина
Волонтер штаба Дмитрия Гудкова

8 декабря в Татарстане прошел очередной раунд референдумов по самообложению. Наблюдатели работали на участках в городе Лайшево, Красносельском и Пестречинском сельских поселениях.

Долг зовёт

Когда я планировала поездку в Татарстан, ещё не знала, что шестого декабря выдастся тяжёлый день. В пятницу вынесли приговоры фигурантам «Московского дела». Вся неделя — сумасшедший стресс, моральная подготовка к самым ужасным итогам и страшная усталость. Под вечер шестого декабря, перед приговором Лесных, Мартинцову и Мыльникову, у меня совершенно не осталось сил и рвения на какие-либо подвиги, а до поезда оставалось всего пара часов. Надо было ехать. 

Ужасные тринадцать часов на верхней полке плацкарта лучше не сделали. Седьмого декабря я жаловалась, ныла и портила всем настроение, потому что всё, чего мне хотелось — это сычевать в Южном Медведкове с бутылкой крепкого алкоголя и никогда больше не появляться в сети. Но Татарстану нужен был новый герой, поэтому я поспала прекрасных полтора часа и отправилась спасать выборы в Лаишеве. 

Лаишево

Это было похоже на супер важную миссию. В 04:30 мы уже вышли из хостела в Казани и поехали в город Лаишево, где должен был пройти референдум по самообложению: предлагалось сдать по 250 рублей на благоустройство кладбища и дорог. 

Моим напарником на УИК 1781 был Александр Грезев. Помимо нас на участке было ещё шесть наблюдателей, шестой пришёл практически к окончанию дня голосования. Двое стали нашими компаньонами, остальные, как мне кажется, просто соблюдали формальность.

В помещении не ловил интернет, и, чтобы следить за ребятами на других УИКах и хоть как-то развлекаться, приходилось тереться об углы возле выхода или вовсе выметаться на улицу. 

К слову об улице. Один раз я даже вышла погулять, и, если бы речной ветер не пытался сорвать моё лицо, я бы больше бродила вдоль Камского моря, наблюдала поселковое убранство небольшого городка и постила сторис в Инстаграм, но, увы. 

Почти все голосующие — пенсионеры. Мне особенно запомнилась одна бабушка. По моему мнению, она пришла, чтобы устроить информационный шум и выставить наблюдателей «Голоса» в негативном свете. Её яркое появление произошло после не менее яркого появления главы района, который агитировал за самообложение в помещении для голосования. 

Одновременно с тем, как женщина заговорила, какой-то юноша начал вести съёмку. Она утверждала, что мы мешаем проведению референдума, не несём пользу обществу и лучше бы ехали убирать снег на кладбище. Мы с коллегой надеялись увидеть видео с телефона того юноши в интернете, поскольку разговор вышел довольно забавный и странный, — и увидели. Смонтированное рукой мастера на сайте местного информационного пространства. А затем сюжет показали по местному ТВ. 

Я пыталась обнаружить нарушения. Ну не может же так быть, чтобы в Татарстане и без фальсификаций! Я даже наехала на какую-то девушку, когда она своим бюллетенем протолкнула в урну застрявший в щели бюллетень другого избирателя. Правильность происходящего немного бесила. 

Члены комиссии прилежно вели себя, пытались угодить и даже просили советов по процедуре проведения референдума. Скажу более, председатель Нижегородского «Яблока» Олег Родин очень хвалил комиссию на УИК № 1781. В общем, опять образцово-показательная комиссия попалась. 

И всё-таки нашёлся довольно существенный косяк — это ошибка в бюллетенях. Как-то так вышло, что на русском языке написали, что самообложение планируют на 2020 год, а по-татарски — что на 2019 год. Бюллетени, которые выдавали местным жителям на лашеивских участках, несли ложную информацию и вводили избирателей в заблуждение. Референдум был обречён.

После обеда люди приходили очень редко. На УИКе было откровенно скучно. Один из наблюдателей без устали разговаривал с миленькой полицейской и членами комиссии, продвигал коммунистические идеологии. Я гуляла по участку, прыгала по ступенькам и ловила интернет. Стало чуточку веселее, когда за полтора часа до окончания голосования на участки в Лаишеве пришли члены комиссии с правом совещательного голоса от ЛДПР. В нашем случае это был крупный мужчина, которого знали все местные. Он занял два наблюдательских стула и заявил, что будет гонять нас на два метра от стола, когда начнется подсчет. Но на сим всё и кончилось.

Далее он только сидел, выходил курить и опять сидел. 

Заветные восемь часов вечера. Про подсчёт сказать нечего. Если комиссия что-то делала не так, Саша Грезев говорил, и они тут же исправлялись. Примерно в одиннадцать часов вечера мы получили копии протокола и разбежались по машинам до Казани.

Явка на УИК № 1781 составила 39,66%, референдум не состоялся. Все три референдума, на которых были наблюдатели «Голоса», накрылись, крутые ребята не допустили фальсификации явки! Я рада, что смогла справиться со стрессом и не сорвалась с наблюдения. Чувствую, что совершила важное и полезное дело. Сожалею лишь о том, что не хватило времени на погулять по Казани. Такие дела.

Мнение выражает личную позицию автора и может не совпадать с позицией движения «Голос».
Другие записи по теме «Наблюдатели»
НовостьНаблюдатели9 часов назад
«Голос» просит вас подписать петицию в защиту Артема Важенкова
Нашего координатора задержали и избили в Минске, освободить его пока не удается
АнонсНаблюдатели3 дня назад
«Голос» приглашает на онлайн-семинар для тренеров наблюдателей
Он пройдет 18 и 22 августа
НовостьНаблюдатели11 дней назад
История четырехдневного наблюдения на одном УИКе. Все персонажи реальные
Алексей Кузнецов
НовостьНаблюдатели16 дней назад
Журналиста Давида Френкеля, которому сломали руку на участке, оштрафовали: как прошел суд
Суд вынес решение о виновности журналиста на основании противоречащих друг другу показаний свидетелей