Движение в защиту прав избирателей. Наша цель — свободные и честные выборы в России. RU EN
Карта сайта Регионы Сервисы EN
Все о выборах ЕДГ 2018 Ход кампании
Ход кампании
Матрикул выборов
Матрикул выборов
Охотники за админресурсом
Охотники за админресурсом
Хроника дня голосования
Хроника дня голосования
Результаты
Результаты
Карта нарушений
на выборах
Cover

Об Экспертно-консультационной группе и отставке Бузина

Блог | Аркадий Любарев
Член Совета движения в защиту прав избирателей «Голос», член экспертно-консультационной группы при председателе ЦИК России

То, что Андрей Бузин подал в отставку с поста руководителя Экспертно-консультационной группы (ЭКГ) при председателе ЦИК, перестало быть секретом. Он сам написал об этом в своем ЖЖ, после чего появилась и статья в издании «Коммерсантъ». Поэтому мне хотелось бы дать свои комментарии.

Решение о создании ЭКГ было принято Эллой Памфиловой в конце ноября 2016 года. До этого были относительно регулярные ее встречи с представителями наблюдательских сообществ. Само решение о создании ЭКГ и назначении Бузина ее руководителем было принято в тот момент, когда Памфиловой стало известно о том, что он не будет включен в состав Московской областной избирательной комиссии. Поэтому оно выглядело как компенсация ему морального ущерба. Но я уверен, что главным было неконъюнктурное желание Эллы Александровны получать экспертную поддержку.

Формально состав группы (Андрей Бузин, Александр Кынев, Станислав Рачинский и автор этих строк) был утвержден в январе 2017 года, но работать мы начали еще в декабре 2016 года. Как подсчитал недавно Бузин, в общей сложности мы направили председателю ЦИК и соответствующим сотрудникам аппарата 88 документов, среди которых четыре проекта Постановлений ЦИК, 10 списков поправок в проекты постановлений ЦИК, полтора десятка предложений по совершенствованию работы системы избирательных комиссий в РФ, четыре аналитические записки, служебные записки о нарушениях избирательных прав в разных субъектах РФ, предложения по совершенствованию избирательного законодательства.

Нельзя сказать, что результата от нашей деятельности не было. Но результат был явно меньше, чем нам бы хотелось. Я бы отметил несколько моментов.

  1. Первой нашей инициативой стало предложение об использовании ГАС «Выборы» для обеспечения голосования избирателей по месту нахождения. Тут надо напомнить, что идея замены открепительных удостоверений на голосование по предварительно поданному заявлению содержалась еще в нашем проекте Избирательного кодекса, написанном в 2011 году, и была там достаточно проработана. Эту же идею Бузин озвучил на организованной ЦИК конференции в ноябре 2016 года. И именно после нашей декабрьской записки она начала прорабатываться. Мы по-прежнему считаем, что идея была правильная, но ее исполнение нас не вполне удовлетворяет. И мы продолжаем критиковать многие аспекты принятого порядка.
  2. Мы добивались и добились установления видеокамер в ТИКах. Идея тоже не новая, она обсуждалась в СПЧ еще в 2012 году и содержалась в рекомендациях СПЧ 2016 года. Но полагаю, что именно наша настойчивость и поддержка идеи Памфиловой сыграли здесь главную роль. Мы также долго спорили с представителями ЦИК по поводу доступа к архиву видеозаписей, но добиться удалось лишь продления хранения записей до года (первоначально предполагались три месяца).
  3. Мы предлагали меры по снижению уровня выездного голосования. Наши предложения были частично реализованы, и на президентских выборах этот уровень заметно снизился в тех регионах, где он был запредельным. К сожалению, на выборах 9 сентября 2018 года выездное голосование в ряде регионов вернулось к прежнему высокому уровню.

В целом, конечно, у нас нет удовлетворенности от нашей деятельности. Тем не менее, мы понимаем, что трудно добиться многого в условиях, когда власть не готова отказаться от использования административного ресурса, избирательное законодательство по-прежнему в руках тех, кто его довел до нынешнего безобразного состояния, а правоохранительные органы по-прежнему озабочены лишь защитой прав «граждан начальников».

Возможно, мы выбрали не совсем правильную тактику. Скорее всего, ошибочным был упор на подготовку проектов нормативных документов (я знаю, что Бузин здесь со мной категорически не согласен). С другой стороны, наши встречи с председателем ЦИК, другими членами ЦИК и сотрудниками аппарата были слишком редкими. Мы понимаем, что ЦИК эти два года работал почти в постоянном цейтноте, но нам казалось, что наши предложения важны и достойны более подробного обсуждения. Увы, информация (нередко недостоверная), которую Председатель ЦИК получала от противников честных выборов, зачастую перевешивала нашу.

Августовский конфликт, о котором пишет Бузин, возник, конечно, не на пустом месте. «Голос» и другие наблюдательские организации не могли не заниматься анализом видеозаписей голосования и подсчета голосов на президентских выборах, не могли пройти мимо явных и грубых фальсификаций, имевших место в ряде регионов. А в высоких кабинетах уже было заявлено, что это были самые честные выборы и тему фальсификаций на них предлагалось закрыть.

Элла Александровна оказалась между двух огней. С одной стороны, она видела и чувствовала, что мы правы, что нарушения слишком серьезные и что борьба с ними нужна в том числе и для профилактики. Поэтому она все-таки согласилась на изучение видеозаписей несмотря на явные сигналы о необходимости закрыть эту тему. Но давление наших противников, в том числе и внутри ЦИК, оказалось слишком сильным.

Может быть, проще было бы, если «Голос», наши замечательные волонтеры, «Новая газета» и другие продолжали свою деятельность по изучению видеозаписей и преданию результатов этой деятельности гласности, а ЦИК делал вид, что не замечает ее. Но это могло быть при другом председателе, а не при Элле Александровне, которая все принимает близко к сердцу.

Андрей Бузин упомянул, что советовался с нами, а также о том, что я в тот же день послал Элле Александровне свое отдельное письмо. Дело в том, что мы втроем (Кынев, Рачинский и я) выразили свое желание продолжать сотрудничество с председателем ЦИК. Об этом я и написал ей.

А что будет теперь? Бузин написал правду: его заявление до сих пор не рассмотрено. Элла Александровна взяла тайм-аут. Сначала был стандартный цейтнот перед 9 сентября. Потом неожиданно почти для всех возникли вторые туры. А теперь, насколько я знаю, Элла Александровна ушла в отпуск. Ей действительно нужно отдохнуть, прийти в себя и осмыслить произошедшее.

Сохранится ли ЭКГ? Или будет заменено на более широкий экспертный совет? Или ЭКГ и экспертный совет будут существовать параллельно? Решение — за Председателем ЦИК. В конце концов, ЭКГ она создавала при себе, и задача группы была помогать ей. И теперь она должна решить, устраивает ли ее такой формат, или нужно искать ему замену.

Я вижу, как много критики сейчас обрушивается на Председателя ЦИК. Полагаю, что это от завышенных ожиданий. Да, наверное хотелось бы, чтобы она была волшебницей. Впрочем, у нас уже был один «волшебник» (немного напоминавший Гудвина). Но она не волшебница, она — человек.

Увы, Элла Александровна иногда дает повод для критики своими неосторожными высказываниями, особенно когда ее окружение пичкает ее ложной информацией. Позавчера она предложила застрелиться горе-экспертам. Бузин публично принял это на свой счет, и у него были для этого основания. Потом она пояснила, что ни Бузина, ни меня не имела в виду. Однако и к тем, кого она имела в виду, она, на мой взгляд, несправедлива. Но с этим еще предстоит отдельно разбираться.

Но за выпадом против горе-экспертов многие не увидели другого. Элла Александровна по-прежнему нацелена на оздоровление наших выборов. Она говорила о муниципальном фильтре (не первый раз), о фальсификациях, о плохой работе правоохранительных органов, о необходимости видеонаблюдения, об облегчении работы СМИ и т. п.

И пока она готова бороться против всех позорных явлений наших выборов, я и многие мои коллеги считаем своим долгом ей в этом помогать.