Регионы
НовостиМненияАналитикаСервисыОбучениеО движенииСтать наблюдателемПоддержатьEn
Людмила Кузьмина
Председатель регионального отделения движения «Голос» в Самарской области
Коллаж: Ксения Тельманова

Более 300 избирательных кампаний прошло в Самарской области в сентябре 2020г. На членов избирательных комиссий тогда свалилась нагрузка в виде многодневного голосования со 2 по 13 сентября.

В мае 2021 стало известно, что члены ТИК, ОИК и УИК нескольких муниципальных районов Самарской области не получили дополнительные выплаты «за работу в условиях риска распространения корона вирусной инфекции» в период проведения муниципальных выборов сентября 2020 года, которые им полагались. В их числе члены избиркомов Похвистнева, Нефтегорска, Сызранского, Богатовского, Красноармейского и других муниципальных районов. 21 из 27 сельских районов, где проходили выборы местных органов власти, заявки на предоставление трансферта не оформляли. Главы трех городских округов тоже оставили своих членов избиркомов без «ковидных» доплат. 

Правительство Самарской области издало 18 декабря 2020 постановление № 1046 о предоставлении межбюджетных трансфертов из регионального бюджета на возмещение расходов местных бюджетов в связи с осуществлением выплат членам избирательных комиссий с правом решающего голоса «за работу в условиях риска распространения корона вирусной инфекции» в период проведения муниципальных выборов сентября 2020 г. Постановление содержало утвержденные «Правила предоставления иных межбюджетных трансфертов». 

Распорядителем бюджетных средств выступала Избирательная комиссия Самарской области.

В соответствии с «Правилами», органы МСУ должны были заключить соглашение с местной ТИК (ОИК), предоставить копию решения представительного органа об утвержденных в местном бюджете ассигнованиях на «ковидные» выплаты сотрудникам избиркомов, документы подтверждающие произведенные расходы и заявку на предоставление трансферта.

В утвержденном «Распределении иных межбюджетных трансфертов» имеется роспись сумм по всем муниципальным образованиям. Всего было предусмотрено 36,399 млн рублей. Из бюджетной таблицы Избиркома Самарской области очевидно, что на «ковидные» выплаты использовано18 553 081,27 рублей. Возвращено в бюджет региона 17 826 371,96 рублей, т. е почти половина суммы.

Кто получил и не получил выплаты

Дмитрий Губин был членом ТИК Красноармейского района Самарской области, однако провел в том статусе немного времени. В газете «Трудовая Самара», органе КПРФ, он рассказал, что на своем первом заседании ТИК обратил внимание на заявления девяти членов участковых избирательных комиссий о досрочном освобождении. Из УИК № 1604 один член выбывал по причине смерти, трое на основании личных заявлений. В числе попросившихся на выход была и председатель УИК № 1604. Четыре заявления поступили из УИК № 1623. 

«Я созвонился почти со всеми, — рассказывает Дмитрий Губин, — чтобы уточнить, по какой причине они уходят. Часть людей отвечала, что ушли по состоянию здоровья. Кто-то даже говорил: „Я в больнице, я не могу вам ответить“. Другие говорили, что работа тяжелая, низкооплачиваемая, но риски подхватить ковид большие. Признавались в том, что их напугал ковид после того, как один из членов участковой комиссии умер. Теперь они боятся заразиться. Позже выяснилось, что не только там члены УИК после выборной кампании болели и выходили из состава УИК». 

Узнав от других членов ТИК и УИК о получении «ковидных» доплат, Дмитрий Губин сделал письменный запрос председателю ТИК о причине невыплат таких доплат членам избиркомов Краснормейского района. 17 мая 2021 председатель ТИК Валентина Гужина предоставила ответ: 

«Администрации сельских поселений муниципального района Красноармейский Самарской области не обращались с соответствующими заявками о возмещении им расходов, связанных с указанными выплатами. Поскольку правительственными органами при проведении выборов депутатов собраний представителей сельских поселений муниципального района Красноармейский Самарской области средства на выплаты членам избирательных комиссий за работу в условиях риска распространения коронавирусной инфекции из местных бюджетов не выделялись, территориальной избирательной комиссией Красноармейского района Самарской области не могло быть принято решение об осуществлении указанных выплат». 

Суммы «ковидных надбавок» тех, кто их получал, колебались от нескольких сотен рублей до 2,6 тысяч рублей. Так, заместитель председателя одной из участковых избирательных комиссий Октябрьского района Самары в беседе с корреспондентом газеты «Трудовая Самара» подтвердил, что на его участке члены комиссии получили «ковидные» выплаты:

«30 сентября 2020 г. упала зарплата на карту всем членам нашей комиссии, а позднее, 20 ноября 2020 г, единовременно пришли коронавирусные выплаты. Откровенно говоря, плата за риск больше символическая. Я как заместитель председателя получил 2500 рублей. Секретарь получила 1800 рублей. Рядовые члены получили в от 800 до 1500 р. Но у нас на участке избирателей не много. Возможно, что на других участках, где избирателей больше, „ковидные“ выплаты оказались еще скромнее». 

Депутаты областного парламента от КПРФ направили запросы в Избирательную комиссию Самарской области, прокурору Самарской области, министру управления финансами правительства области, губернатору Самарской области чтобы установить причину произошедшей дискриминации членов избиркомов. 

Как следует из материалов газеты «Трудовая Самара», министр управления финансами Самарской области Андрей Прямилов 5 мая 2021 сообщил, что Избирательная комиссия Самарской области выступала «распорядителем» бюджетных средств по предоставлению межбюджетных трансфертов, предназначенных местным бюджетам на возмещение расходов, связанных с осуществлением «ковидных» выплат членам избирательных комиссий. 

По информации областного Минфина, межбюджетные трансферты на эти цели получили г. о. Самара, г. о. Сызрань, г. о. Кинель, г. о. Октябрьск, муниципальные районы Алексеевский, Безенчукский, Борский, Пестравский, Сергиевский и Шенталинский. По остальным информации нет. Кассовый расход областного избиркома в итоге составил 18,533 млн рублей.

Ответ из прокуратуры Самарской области поступил 31 мая 2021: 

«Поступившее от Вас обращение направлено в Избирательную комиссию Самарской области. Результаты рассмотрения обращения уполномоченным органом контролируются прокуратурой области». 

Ответ Избирательной комиссии Самарской области от 10 июня 2021 г., подписанный председателем комиссии Вадимом Михеевым, гласил, что «расходы, связанные с подготовкой и проведением выборов депутатов, в том числе с выплатой компенсации и дополнительной оплаты труда (вознаграждения) членам избирательных комиссий с правом решающего голоса, производятся избирательными комиссиями за счет средств, выделенных на эти цели из местного бюджета...». Трансферт на возмещение соответствующих расходов предоставлялся при наличии соглашения, которое заключалось между избиркомом и органом местного самоуправления. 

Далее следовало, что те органы МСУ, которые обратились с заявками в Избирательную комиссию, получили средства, иные уполномоченные органы МСУ «не обращались с вышеуказанными заявками».

До сих пор члены избирательных комиссий перечисленных районов дополнительных выплат в связи с «работой в условиях корона вирусной инфекции» — и не один день, а целых 11 дней, — не получили. 

О чем это говорит

После каждой избирательной кампании мы опрашиваем членов разных ИК, УИК, ТИК, с правом решающего голоса, до кого можем дотянуться, кого знаем, или с кем встретились на консультациях по наблюдению за выборами. Наш опрос касается коллегиальности, открытости и гласности принятия решений в ИК в части распределения бюджета, системы оплаты вознаграждений, распределения рабочего времени, принятия внутренних рабочих документов ИК.

Общий вывод: избирательные комиссии управляются единолично председателями в ручном режиме. Если, скажем, ЦИК регулярно информирует о выделенных бюджетом РФ средств для обеспечения деятельности в период избирательных кампаний, публикует объемы распределения средств по регионам и отчитывается перед депутатами ГД РФ об использовании средств, то этого не делает региональная избирательная комиссия, не делают ТИК и УИК для своих членов. Председатели ТИК и УИК не считают нужным информировать членов комиссий о принятых решениях вышестоящими комиссиями, избегают оглашения бюджета избиркома, тем более коллегиального обсуждения распределения бюджета по видам работ.

Закон четко не определяет распределение выделенных бюджетами денежных средств для оплаты членов избирательных комиссий, нет и четкого перечня работ выполняемых по гражданско-правовым договорам и их оплаты, поэтому решения такого рода принимаются узким кругом лиц, а в избиркоме — председателем единолично. Кроме недовольства рядовых членов УИК, это порождает многочисленные нарушения, среди которых фальсификация отчетных финансовых документов, сокрытие от рядовых членов ИК табелей рабочего времени, ведомостей оплаты труда. 

Практикой последних лет стало сокрытие графика распределения дежурств членов УИК, его постфактум составляет председатель. Распределение средств дополнительного вознаграждения, превратившееся в «премиальную», определяется единолично председателем или управляющей тройкой избиркома. Мало того, стало нормой, что эта часть бюджета избиркома и председателям становится известна только после выборов. Возможно, именно эта практика и стала причиной того, что председатели избирательных комиссий вдруг стали ответственными за явку и итоги голосования вместо кандидатов и партий? 

Если ЦИК РФ публикует постановления о расценках оплаты труда членов ИК, порядке выплат дополнительного вознаграждения, то постановления и решения региональной избирательной комиссии, тем более решения ТИК или УИК об этом странным образом как-то не наблюдаются в открытом доступе, а постановления ЦИК остаются неизвестными рядовым членам ИК. 

Как бы то ни было, но вопросы расходования средств государственного бюджета, выделенные избирательным комиссиям, должны быть не только четко отрегулированы, но и подотчетны широкой публике.

Заметим, что в нашей истории о невыплате «ковидных» надбавок ни один из государственных органов, отвечающих на запрос депутатов КПРФ, не указывает причины сложившейся ситуации и не пытается их установить. И у меня что-то сам собой напрашивается вопрос, а информировала ли Избирательная комиссия Самарской области муниципалитеты и местные ТИК/ОИК о полагающихся дополнительных «ковидных» выплатах? Трудно поверить в то, что руководители местных администраций, получившие информацию о трансферте для членов избиркомов, высокомерно от нее отказались.

Мнение выражает личную позицию автора и может не совпадать с позицией движения «Голос».
Другие записи по теме «Избиркомы»
РазборИзбиркомы2 дня назад
Журналисты могут столкнуться со сложностями
Василий Вайсенберг
МнениеИзбиркомы2 дня назад
В истории с отказом в регистрации Павлу Грудинину ЦИК РФ в очередной раз сыграла свою традиционную роль защитника политических интересов действующий власти
Андрей Бузин
МнениеИзбиркомы8 дней назад
«Методические материалы» ЦИКа не помогут, но запутают
Станислав Рачинский
РазборИзбиркомымесяц назад
Часть рекомендаций экспертов движения была услышана полностью или частично
Григорий Мельконьянц
Людмила Кузьмина: другие материалы автора
РазборКарта нарушений6 месяцев назад
Комиссия сначала заявила, что досрочно проголосовали 59 человек, которых никто не видел — а затем концепция изменилась
МнениеДопуск кандидатовгод назад
Кого и как допускают до выборов муниципальных депутатов, а кого отсеивают
Мнение3 года назад
Как происходит распределение бюджета в участковых комиссиях